Обволакивая город, не по-привычному темная, а легкая, почти невесомая, прозрачная на стыке суток, когда мир меняет свои объятия, ночь…

Пустая Дворцовая поражала и вдохновляла, ночь, не по-московски синяя, а ажурная, какая может быть только ночь в Петербурге, осторожно укрывала Ангела, берегущего этот город, Зимний, Арку Генштаба и редких прохожих.
Прохожих… нет, в этом городе не бывает просто прохожих…

Отражая свет фонарей в водах Невы, ночь укутывала город, и только пронзительная мелодия саксофона, вдохновляла сердца, рвала струны души и разрывала сознание…